Yury K

Матрёшка от Марины

In Мода on Июль 9, 2017 at 6:55 пп

Почему-то принято считать, что германская столица не менее важный, чем Париж, Лондон или Милан, перекрестк, где встречаются дизайнеры, редакторы глянцевых журналов, блогеры, пищущие о моде, то есть те, кто сегодня считается важными действующими лицами бизнеса. Не умаляя достоинств Берлинской недели моды всё-таки признаем, что она имеет скорее европейское региональное и германское национальное значение; но это и придаёт ей шарм и свою изюминку. Уже несколько сезонов подряд одним из самых ожидаемых показов, на который стараются попасть всеми правдами и неправдами, это дефиле кутюрье из Австрии Марины Хорманседер. И в этом году это не стало исключением: любимица германского VOGUE, тяготеющая к прилегающим силуэтам и к стилю, который принято называть минимализмом, свой показ устроила во дворе ещё недовоссозданного Берлинского дворца по открытым небом (и надо было тому случиться — сразу после дождя, поэтому бетонный подиум был весь в лужах). Что-то „русское“ просматривалось во всей коллекции, хотя и не так в лоб à la Russe, как у её землячки Лены Хошек три года назад. Showpiece’ом коллекции стала кожаный наряд-матрёшка, воскресивший у меня почему-то в памяти свадебное платье-кокон Ива Сен-Лорана из осенне-зимней коллекции 65-66 годов.

www.marinahoermanseder.com

Реклама

Борис Годунов

In Опера on Июнь 23, 2017 at 6:00 пп

Берлинская Германская Опера представила премьеру самой русской из всех опер мирового репертуара. Быть может „Князь Игорь“ Александра Бородина и исполняется чаще, а „Жизнь за Царя“ Михаила Глинки и „Хованщина“ Модеста Мусоргского более русские в содержании и музыкальном воплощении; но „Борис Годунов“ того же Модеста Петровича после провальной премьеры и снятия с репертуара в Мариинском театре начал своё триумфальное шествие по сценам мира после парижской премьеры 1908 года с Фёдором Шаляпиным в заглавной роли. Все ведущие басы мира исполняли партию Бориса. На берлинской сцене её доверили эстонцу Айну Ангеру — и не прогадали: басу с мировым именем устроили настоящий триумф. Крики браво и стоящие овации долго не смолкали под сводами здания оперы. Это вообще была одна из немногих постановок в Берлине, когда зрители были восторженны всем и исполнением, и сценическим решением. Британский режиссёр Ричард Джонс не делал ставку на эпатаж, не вдарился в клюкву à la Russe (чем часто грешат постановки на русскую тематику): зрители условно переносились то в московский кремль, то в Чудов монастырь, то на русско-литовскую границу. Также порадовало и то, что представлена была первоначальная редакция оперы; без позже написаного третьего акта с польскими сценами. Хотя сегодняшние борцы за равноправие женщин могли бы и устроить демонстрацию перед оперой: ведь именно в третьем акте основные арии принадлежат Марине Мнишек; но, боюсь, в большинстве своём воинствующие феминистки в оперу не ходят и не знают про соотношение мужских и женских партий. С другой стороны „короткая“ редакция была выбрана и по прагматичным соображением рабочего законодательства, а даже скорее в русле закона о защите детей, которым лишь до 22 часов на сцене находиться разрешено; ведь в партии Фёдора был Юлиус Рёттгер — солист хора мальчиков Хоровой академии Дортмунда.Отдельного упоминания заслуживает музыкальный руководитель – Кирилл Карабиц, самый успешный украинский дирижер на сегодняшний день. Я давно так не наслаждался звучанием оркестра. Очень хочется надеятся, что „Борис Годунов“  на долго пропишется в репертуаре Берлинской Германской Оперы.

www.deutscheoperberlin.de

Сорочинський я́рмарок

In Опера on Апрель 3, 2017 at 6:00 пп

В продолжение дня рождения Николая Васильевича Гоголя, коий празднуется первого апреля, второго апреля в берлинской Комической опере дали премьеру „Сорочинской ярмарки“, последней (даже оставшаяся неоконченной) оперы Модеста Петровича Мусоргского по мотивам одноимённой повести. Не хочу поднимать старый спор о целесообразности исполнения оперы в оригинале, или всё-таки переводить на язык слушателя. В этот раз было бы неплохо не оставлять первоисточник, а перевести на немецкий язык; причём исходя не из того, что зрители не понимают о чём речь, а для того, чтобы пожалеть cлух тех немногих русских, что решили посетить премьеру. Не умаляя вокальных данных солистов Комической оперы (Йенса Ларсена в партии Черевика, Агнес Цвирко в роли Хизри и других), стоит вспомнить, что в либретто (как и в повести) для усиления малороссийскости герои говорят на порой на суржике, что в исполнении немецких солистом звучало ну очень несуразно, что-то наподобие „курка, млеко, яйки“… Сценически худрук Комической Оперы австралиец Барри Коски остался верен своему стилю и превратил постановку в нечто малоподдающееся описанию: никакого китча à la Russe, зато минимализм декораций и детализм реквизита, гомоэротические аллюзии и богохульство, абсурдность костюмов (чего стоят свинные головы) и наигранность исполнения. В Берлине это воспринимается как должное, а вот, например, на родине героев на сцені Полтавського українського музично-драматичного театру імені Миколи Гоголя ставить такое не стоит — не поймут селяне, побьют! Ей-богу, побьют!

www.komische-oper-berlin.de